Александр Князев, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН (Москва), консультант Института политических решений (Алма-Ата) для РИА Новости

АСТАНА, 18 авг - ИА Новости-Казахстан. Будут ли в конце этой недели на неформальном саммите ОДКБ в Армении говорить о Киргизии, и что нужно для принятия там решений о военной помощи этой стране? Ответ на первый вопрос очевиден – да, независимо от формальной повестки дня от разговора такого не уйти. Второй же вопрос – это немалая проблема для Организации Договора о коллективной безопасности.

ОДКБ — это организация, которая призвана защищать страны-участницы от внешних угроз. В уставных документах ОДКБ четко прописано, что организация не вмешивается во внутриполитические процессы в странах-участницах, а миротворческие силы созданы для того, чтобы реагировать на угрозы, имеющие внешний характер.

Что же случилось в июне этого года на юге Киргизии, какого рода угрозы перед нами – внутренние или внешние? Оценки ситуации, которые можно услышать сейчас в самой Киргизии, таковы: главными организаторами и финансистами июньских событий являются бывший президент Киргизии Бакиев и его семья, основным их генератором был прячущийся в Великобритании сын Максим, он же — главный финансист. Одними из главных организаторов конфликта на юге Киргизии были братья экс-президента Жениш и Ахмад Бакиевы, которые находились непосредственно на юге республики.

Эти события, как утверждают, были попыткой Бакиевых взять реванш, попыткой в ходе беспорядков еще больше дискредитировать и без того слабое временное правительство, убедить страны, которые являются внешними партнерами, заинтересованными в ситуации в Киргизии (Россию, США, Казахстан), в том, что это временное правительство не стоит того, чтобы вести с ним какие-то дела или признавать его, и вынудить обратиться к Бакиеву как к якобы последнему законному президенту.

Считается, что помимо политической власти, клан Бакиева контролировал все без исключения финансовые потоки в республике. И в том числе (в частности, этим командовал брат беглого президента Жениш) почти стопроцентно к апрелю нынешнего года контролировал наркотрафик, проходящий через территорию республики. Еще в начале 2000 годов, в период президентства Аскара Акаева, когда Курманбек Бакиев был премьер-министром, Жениш Бакиев занимал должность начальника Управления милиции на транспорте МВД Киргизской Республики. В то время в адрес президента Акаева поступало около полутора десятков докладных оперативных документов из спецслужб, свидетельствующих о том, что Жениш «крышевал» наркотрафик, это позже подтверждал и сам Аскар Акаев. Но, в силу определенной политической конъюнктуры и, наверное, излишней корректности Акаева, этим документам не был дан ход.

Позже, после переворота 2005 года, когда был свергнут Аскар Акаев, Жениш Бакиев – по многочисленным оценкам - практически монополизировал контроль над всеми наркопотоками. Принимая во внимание эти обстоятельства, достаточно легко объясняется участие таджикских (и не только таджикских) наемников в нынешних событиях.

Чрезвычайно тесно семья Бакиева была связана и с другой категорией транснационального криминалитета. При Бакиевых Киргизстан превратился в гигантскую прачечную преступных финансов со всего света, в банковской системе республики отмывались миллиарды долларов США.

В марте 2010 года прокуратура Рима, как заявил агентству ANSA прокурор Джанкарло Капальда, предъявила ряд обвинений в рамках расследования одного из крупнейших мошенничеств в национальной истории. Главным фигурантом, ордер на арест которого выписал римский судья Альдо Морджини, был некто Евгений Гуревич, гражданин США с 1990 года, являвшийся в этот момент доверенным лицом калабрийской мафии и, одновременно, главным финансовым консультантом (а фактически финансовым менеджером) семьи Бакиевых. Через Гуревича и его партнеров установились и тесные связи Максима Бакиева с беглым российским олигархом Борисом Березовским и связанными с ним представителями чеченских сепаратистов. Именно через эти круги для провоцирования межэтнического конфликта на  юге Киргизии Максимом Бакиевым были организованы наемники – выходцы из Чечни и Дагестана, латыши, украинцы, таджики… Все это можно прочитать не только в киргизских СМИ.

Связи Бакиевых с Исламским движением Узбекистана, представители которого также участвовали в провоцировании межэтнического конфликта на юге Киргизии, были установлены через партнеров Жениша Бакиева по контролю над наркотрафиком – прежде всего, это некоторые бывшие полевые командиры таджикской оппозиции 1990-х годов. Если нестабильность в Киргизии станет перманентной и будет продолжаться по афганскому сценарию, то три страны — Афганистан, Таджикистан и Киргизия -- объединятся в огромную конфликтную зону. Все основные угрозы безопасности (наркотрафик, деятельность экстремистских группировок, незаконная миграция) в этом случае приближаются непосредственно к границам Китая и России, через территорию Казахстана.

А что же Узбекистан? В среде узбеков южной Киргизии (особенно в Оше), все большее распространение получают разговоры о том, что когда их убивали, им не помогли ни Узбекистан, ни Россия, ни ООН, ни кто-либо другой. Множатся слухи о том, что Исламское движение Узбекистана придет для того, чтобы отомстить за убитых мусульман-узбеков и установит справедливый исламский порядок. Очень много молодых мужчин-узбеков сейчас бежит в Афганистан, а там очень велика вероятность того, что, пройдя подготовку в лагерях Исламского движения Узбекистана, они могут вернуться на юг Киргизии.

С точки зрения стабилизации обстановки в Киргизстане роль полицейского контингента ОБСЕ из 52 человек, не обладающих мандатом на применение оружия, а направляемых только для мониторинга и консультирования, будет невелика.

Все приведенные выше данные свободно циркулируют в СМИ. И если действительно одним из главных факторов нынешних событий являются международные наркокриминальные структуры, связанные с Бакиевыми, это могло бы быть основанием для того, чтобы поставить вопрос о вводе миротворческих сил ОДКБ в Киргизию.

Сейчас стоит вопрос об участии контингента ОДКБ в охране стратегических объектов в Киргизии, поскольку существуют предположения (и, наверное, у спецслужб стран-участниц ОДКБ есть информация на этот счет) о возможных действиях сторонников Бакиева по совершению терактов на гидроэнергетических сооружениях.

Конечно, каждая страна-участница ОДКБ имеет собственные интересы. Для Армении этот вопрос вообще посторонний. Таджикистан скорее не склонен вмешиваться, сил недостаточно, чтобы как-то критически участвовать в этом. Узбекистан в данном случае однозначно не будет участвовать, поскольку узбеки являются одной из сторон конфликта. Белоруссия в лице ее президента Александра Лукашенко в киргизском вопросе поддерживает свергнутого Курманбека Бакиева и идею его возвращения в Киргизию, что в принципе уже невозможно.    

Остаются Россия и Казахстан. Казахстан является действующим председателем ОБСЕ. Это обуславливает некоторую сдержанность Казахстана на киргизском направлении. Что касается России, то с одной стороны, общественное мнение в самой России достаточно противоречиво реагирует на разговоры об отправке войск в Киргизию. С другой стороны, руководство России прекрасно понимает: ввод одних только российских войск, пусть даже и под флагом ОДКБ, на территорию республики повлечет и достаточно много негатива для российских интересов в регионе, не говоря уже о проблемах во взаимоотношениях с другими мировыми державами.

При этом средства для осуществления миротворческих операций у ОДКБ есть. В настоящее время продолжается укрепление коллективных сил быстрого развертывания Центральноазиатского региона. Эти силы состоят из десяти батальонов: три от России, два от Казахстана, остальные страны ОДКБ представлены одним батальоном. Общая численность личного состава коллективных сил — около 4 тысяч человек. Авиационная составляющая (10 самолетов и 14 вертолётов) находится на российской военной авиабазе в Киргизии, в Канте. Они подготовлены для решения различных задач  — прежде всего подавления возможных выступлений террористических и радикальных движений, и могут делать это весьма оперативно.